Зелёные колёса Сорбент Жидкое топливо Технический углерод Физическим лицам Юридическим лицам Продукция РТ Услуги Цены Вакансии Контакты Акции Портфолио Сотрудничество Мы Клиенты Технологии Награды Каталог Документы Разработки Ссылки Карта Реклама Метки Прогноз Профессионалам Полезно Загрузки Форум Бренды Содержание Руководство Термины Копирайт В планах Маркеры Самое новое Лучшее Тизеры По датам Что сейчас? Расписание Клуб Открыие Очарование Элегантность Страсть Соблазн Соперники Жюри Подарки Призы Условия Правила Конкурс Мисс Номинантки Победительницы Девушки Путешествия Спонсоры Социальные ссылки Рынок рекламы Эффективная реклама Черная реклама Белая реклама Темная реклама Светлая реклама Рекламная индустрия Естественная реклама Цифровая реклама Философия Арт Наш гид Звуки Вместо вступления По странам По городам Design Медиа Интересно Сеть В перерыве Софт Обзоры Последние правки Команда Сделано Зелёные колёса 1 Сорбент 1 Жидкое топливо 1 Технический углерод 1 Физическим лицам 1 Юридическим лицам 1 Продукция 1 РТ 1 Услуги 1 Цены 1 Вакансии 1 Контакты 1 Акции 1 Портфолио 1 Сотрудничество 1 Мы 1 Клиенты 1 Технологии 1 Награды 1 Каталог 1 Документы 1 Разработки 1 Ссылки 1 Карта 1 Реклама 1 Метки 1 Прогноз 1 Профессионалам 1 Полезно 1 Загрузки 1 Форум 1 Бренды 1 Содержание 1 Руководство 1 Термины 1 Копирайт 1 В планах 1 Маркеры 1 Самое новое 1 Лучшее 1 Тизеры 1 По датам 1 Что сейчас? 1 Расписание 1 Клуб 1 Открыие 1 Очарование 1 Элегантность 1 Страсть 1 Соблазн 1 Соперники 1 Жюри 1 Подарки 1 Призы 1 Условия 1 Правила 1 Конкурс 1 Мисс 1 Номинантки 1 Победительницы 1 Девушки 1 Путешествия 1 Спонсоры 1 Социальные ссылки 1 Рынок рекламы 1 Эффективная реклама 1 Черная реклама 1 Белая реклама 1 Темная реклама 1 Светлая реклама 1 Рекламная индустрия 1 Естественная реклама 1 Цифровая реклама 1 Философия 1 Арт 1 Наш гид 1 Звуки 1 Вместо вступления 1 По странам 1 По городам 1 Design 1 Медиа 1 Интересно 1 Сеть 1 В перерыве 1 Софт 1 Обзоры 1 Последние правки 1 Команда 1 Сделано 1 Зелёные колёса 2 Сорбент 2 Жидкое топливо 2 Технический углерод 2 Физическим лицам 2 Юридическим лицам 2 Продукция 2 РТ 2 Услуги 2 Цены 2 Вакансии 2 Контакты 2 Акции 2 Портфолио 2 Сотрудничество 2 Мы 2 Клиенты 2 Технологии 2 Награды 2 Каталог 2 Документы 2 Разработки 2 Ссылки 2 Карта 2 Реклама 2 Метки 2 Прогноз 2 Профессионалам 2 Полезно 2 Загрузки 2 Форум 2 Бренды 2 Содержание 2 Руководство 2 Термины 2 Копирайт 2 В планах 2 Маркеры 2 Самое новое 2 Лучшее 2 Тизеры 2 По датам 2 Что сейчас? 2 Расписание 2 Клуб 2 Открыие 2 Очарование 2 Элегантность 2 Страсть 2 Соблазн 2 Соперники 2 Жюри 2 Подарки 2 Призы 2 Условия 2 Правила 2 Конкурс 2 Мисс 2 Номинантки 2 Победительницы 2 Девушки 2 Путешествия 2 Спонсоры 2 Социальные ссылки 2 Рынок рекламы 2 Эффективная реклама 2 Черная реклама 2

подкаст

Естественная реклама 1



Естественная реклама 1лгут, но потому, что это такая жалкая, такая наглая, такая пренебрежительная ложь. Именно пренебрежительная. Они сидят в тылу и болтают все, что им взбредет в голову, потому что они презирают нас, презирают всех немцев, всех жителей Берлина; они знают, что мы дураки и верим всему, что нам скажут; они знают, что мы всегда готовы умереть ради любой ерунды, которую они состряпают в свободные пятнадцать минут между завтраком и очередной выпивкой. – Послушай, – продолжал Бэр, – мой отец сражался четыре года в прошлую войну. Он был в Польше, России, Италии, Франции. Он был ранен три раза и умер в двадцать шестом году от последствий отравления газом в восемнадцатом году в Аргоннском лесу. Боже мой, мы настолько глупы, что они даже заставляют нас снова и снова разыгрывать те же самые сражения, как будто несколько раз подряд крутят один и тот же фильм! Те же песни, та же форма, те же враги, те же поражения. Только могилы новые. Но на этот раз и конец будет иным. Немцы, может быть, никогда и ничему не научатся, но на этот раз научатся другие. На этот раз все будет по-иному, и поражение будет гораздо тяжелее. Прошлый раз это была славная, простая война в европейском стиле. Каждому она была понятна, каждый мог простить ее, потому что такого рода войны велись в течение тысячелетий. Это была война в рамках одной и той же культуры, когда одна группа цивилизованных христианских джентльменов сражалась против другой группы цивилизованных христианских джентльменов, с соблюдением одних и тех же общих, все предусматривающих правил. Прошлый раз, когда окончилась война, мой отец вернулся вместе со своим полком в Берлин, и на всем пути девушки бросали им цветы. Он снял военную форму, снова вернулся в свою юридическую контору и приступил к разбору дел в гражданских судах, словно ничего не случилось. На этот раз никто не будет бросать нам цветы, даже если кто-либо из нас и уцелеет, чтобы вернуться в Берлин. – Нынешняя война, – говорил он, – это уже не та простая, понятная всем война в рамках одной и той же культуры. Это нападение зверей на дом человека. Я не знаю, что ты видел в Африке и Италии, но знаю, что я видел в России и Польше. Мы превратили в кладбище территорию в полторы тысячи километров длиной и в полторы тысячи километров шириной. Мужчины, женщины, дети, поляки, русские, евреи – мы не делали различия. В наших поступках не осталось ничего человеческого. Так делает только ласка, забравшаяся в курятник. Казалось, мы боимся, что если мы оставим на востоке хоть что-нибудь живое, оно когда-нибудь послужит свидетельством против нас и осудит нас. А теперь, – продолжал Бэр своим низким ровным голосом, – после всего этого мы совершаем последнюю ошибку. Мы проигрываем войну. Зверя медленно загоняют в угол, и человек готовится подвергнуть его последнему наказанию. А что, ты думаешь, будет с нами? Поверь мне, иногда по ночам я благодарю бога за то, что моя жена и двое детей погибли, и им не придется жить в Германии, когда окончится эта война. Иногда, – сказал Бэр, глядя поверх воды, – я смотрю на море и говорю себе: «Прыгай! Постарайся уплыть! Плыви в Англию, плыви в Америку, проплыви восемь тысяч километров, чтобы убежать от всего этого ужаса». Они дошли до того места, где лежали их сапоги, и остановились, глядя на свою тяжелую обувь, задумчиво рассматривая тусклую, черную кожу, как будто эти тупые подбитые гвоздями сапоги были символом их агонии. – Но я не могу уплыть в Америку, – продолжал Бэр, – я не могу уплыть в Англию. Я должен оставаться здесь. Я немец, и то, что постигнет Германию, постигнет и меня. Вот почему я так говорю с тобой. Ты понимаешь, – сказал он, – что, если ты заикнешься кому-нибудь о нашем разговоре, меня возьмут в ту же ночь и расстреляют… – Я никому не скажу ни слова, – обещал Христиан. – Я наблюдал за тобой целый месяц, – сказал Бэр, – присматривался и все взвешивал, Если я в тебе ошибся, если ты не Тот человек, за которого я тебя принимаю, это будет стоить мне жизни. Мне бы хотелось получше приглядеться к тебе, но у нас не так много времени. – Насчет меня не беспокойся, – сказал Христиан. – У нас осталась лишь одна надежда, – сказал Бэр, глядя на валявшиеся на песке сапоги. – Одна надежда для Германии. Мы должны показать миру, что в Германии есть еще человеческие существа, а не одни только звери. Мы должны показать, что эти человеческие существа еще могут действовать самостоятельно. – Бэр оторвал глаза от сапог и посмотрел своим спокойным, трезвым взглядом на Христиана, и Христиан понял, что процесс взвешивания все еще продолжается. Он ничего не сказал. Он был сбит с толку, он возмущался, что ему приходится выслушивать Бэра, и в то же время был зачарован его речью и знал, что должен слушать дальше. – Никто, – сказал Бэр, – ни англичане, ни русские, ни американцы не подпишут мира с Германией, пока Гитлер и его подручные находятся у власти, потому что люди не заключают мир с тиграми. И если что-нибудь еще можно спасти в Германии, то мы должны подписать перемирие сейчас, немедленно. Что это значит? – подобно лектору, спросил Бэр. – Это значит, что сами немцы должны убрать тигров, сами немцы должны пойти на риск, должны пролить свою кровь за это дело. Мы не можем ждать, пока наши враги победят и дадут нам в дар правительство, потому что тогда уже нечем будет управлять, и не останется никого, кто бы обладал достаточной силой и волей, чтобы руководить государством. Это значит, что мы с тобой должны быть готовы убивать немцев, чтобы доказать остальному миру, что есть еще надежда для Германии. – Он снова посмотрел на Христиана. «Он пронизывает меня насквозь, – с негодованием подумал Христиан, – вбивает в мою душу один гвоздь за другим, чтобы укрепить свое доверие». Однако остановить Бэра он не мог. – Не думай, – продолжал Бэр, – что я все это